Оставьте свой контактный номер телефона и мы ответим на все вопросы!
Нажимая на кнопку, вы даете согласие на обработку персональных данных и соглашаетесь c политикой конфиденциальности.
Стартап из 90-х:
школа тестировщиков в Калифорнии.
Интервью, часть 2
Как выглядел процесс автоматизации тестирования в 90-х и как это происходит сейчас? Что сейчас должен уметь тестировщик-автоматизатор? Любой ли человек может стать тестировщиком? Или для этого нужны какие-то специальные навыки/скилы?

На эти и другие вопросы ответил Михаил Портнов, основатель школы Портнова в Калифорнии. Интервью брала Юлия Чандровна – основатель карьерного IT центра Kit.center. Приводим вторую часть интервью. Первую можете почитать здесь. Третью – здесь.
– Какого рода автоматизация тестирования была в 90-х?
Самый первый коммерческий инструмент – это был Microsoft Test 1.0. Потом это стало называться Visual Test.
– Это для веба было? Или для дэсктопных приложений?
В 92-м году, когда я первый раз получил Microsoft Test 1.0, он не был для веба. По идее, они должны были развиваться и подхватить всё на свете, но в итоге вышло совсем по-другому. Была такая компания – SQA – Software Quality Automation. Их робот назывался SQA Robot, потом их купил Rational, и он стал называться Rational Robot, Rational Visual Test. Visual Test – это был Visual Basic с библиотеками, мне он очень нравился, на нём можно было реально программировать. Потом появились почти одновременно QA Partner – это нынешний Silk, и Winranner – это нынешний QTP. И как-то оба они сошли на нет.
– Даже сейчас не все компании автоматизируют. А как это тогда было? На что акцент ставился в автоматизации?
В то время автоматизация была баловством. Автоматизировали просто какую-нибудь ерунду, чуть ли не рекордингом записывали 2 десятка тест кейсов, чистили, чтоб они не сыпались – и уже вроде автоматизация. Сейчас ты на таком не проедешь.

Сейчас, когда тебя берут на автоматизацию, то хотят более-менее чего-нибудь серьезного – фреймворки, например. Тем более появился Selenium, который поддерживает десяток языков программирования, ты можешь и на CSharp'е писать, и на JavaScript'е или PHP, на Python'е сейчас очень популярно. Поэтому получается, что автоматическое тестирование приближается к нехитрому программированию. То есть автоматизирующий тестер – это всё-таки человек, который хотя бы один язык знает.

– Учитывая то, как развивается автоматизация, как вы думаете, возможно ли, что автоматизатор станет просто разработчиком, который пишет код?
Тестирование – это задача, которую ставят программисты. И всегда были программисты, которые писали код для тестирования. Больше того, я помню когда я только начинал, люди никак не могли понять, что это такое – тестировщик отдельно, программист отдельно. Как это может быть – тестировщик, который не программирует? А как же он тогда тестирует? В определенных средах так всегда было.

Сейчас получается вот какая история: объемы производимых работ растут, а количество людей, которые в состоянии что-то делать, так быстро не растет. Создается острый дефицит, и чтобы этот дефицит как-то размыть, задачи начинают решать с помощью более простых инструментов. Очень многие задачи, которые раньше, скажем, делали бы на Java, сейчас будут делать на JavaScript'е или на Python'е – это скриптовый язык и его легче подучить. Поэтому большой спрос сейчас на людей, которые почти ничего не знают. Они наверное чувствуют себя большими героями, как-будто Жар-птицу за хвост ухватили. И это по большому счету правда.

Мы учим человека 3 месяца, потом еще 3 месяца он проходит практику в компании, а через год он уже такие деньги получает, что инженер-механик, химик или микробиолог с 5-ю годами опыта столько не получает. К счастью, сейчас создается много таких возможностей для перемены профессии, вот через тестирование в частности. Потому что я не знаю куда можно попасть быстрее, чем в тестирование.

Юлия Чандровна и Михаил Портнов
Как вы думаете, тестировщиком любой может стать? Или всё-таки кому-то не дано и вообще не стоит сюда не идти? Или шанс лучше давать каждому?

А кто может за него сказать? Человек сам для себя должен решить – пробовать, не пробовать. Кроме того, поработав годик-полтора-два, если в тестировании не пошло, можно всегда переключиться на административные какие-то задачи – тем же менеджером. Менеджер не должен соревноваться со своими тестировщиками, он должен по митингам ходить, задачи ставить. У нас была девочка одна, лет 25, она во Флориде была менеджером в небольшом отеле. Такая организованная, структурированная. Через 3 месяца после окончания курсов, послали её на практику. Спустя некоторое время, она уже приходила к нам интернов нанимать, потому что стала Тимлидом. Я к чему говорю – это очень широкая область, с большим количеством разных возможностей.
– А ваши функциональные обязанности сейчас отличаются от того, что вы делали, когда только начинали школу? Я так понимаю вы обучали людей самостоятельно?

На данный момент у нас 10 человек постоянных сотрудников и еще может столько же вечерних. Конечно, сейчас надо решать очень много бюрократических задач. Например, чтобы поддерживать отношения со штатом, который нас лицензирует. Надо соответствовать каким-то требованиям, в свою очередь кто-то должен эти требования знать и следить, чтоб они выполнялись.

Раз в несколько лет у нас проходит аудит. С этим связан очень большой объем работ. Для того, чтоб пройти аудит, даже раз в 5 лет, надо же в течение этих 5-ти лет всё поддерживать в рабочем состоянии, чтобы когда к тебе пришел аудитор, даже если неожиданно в дверь зашел, чтобы ты ему раз – и всё выложил.

Конечно, я веду немного занятия тоже. Я веду job search (поиск работы), и первый вводный урок. Я ведь такой весь вдохновенный, я их зажигаю, плюс я икона этой школы. Вот я вчера в класс зашел и спросил: "Кто смотрит наш канал на Youtube?" Оказалось, пол класса смотрит. Я зашел под овацию, никогда такого не было. Народ, который видел тебя с экрана монитора, и вдруг ты заходишь в комнату!
– О вас многие слышали, даже в Украине. Школу Портнова знают, даже если не видели видео.
У нас много народу работу нашли, просто посмотрев эти видео. Кстати, у нас просмотров из Украины, в пропорциональном соотношении на 1000 подписчиков – в 4 раза больше, чем из России.
Продолжение интервью читайте в других частях. Из первой части вы узнаете, как и почему у эмигранта из СССР возникла такая идея – открыть школу тестировщиков в Америке, а также о том, как тестировали ПО тогда, в 90-х. А в третьей части Михаил ответит на такие вопросы: какие существенные отличия школ тестировщиков в Калифорнии и в Киеве; кто и почему берет на стажировку новичков; какие есть подводные камни в создании IT школы.